«Сева, Сева Новгородцев, город Лондон, BBC» - позывные некогда популярной радиопередачи «Рокпосевы». Для продвинутой части более старшего относительно меня поколения, эти «посевы» были, своего рода, отдушиной, рупором демократии, окном в мир свободной рок музыки. Сева Новгородцев человек, безусловно, интересный. Я читал его книжки, я читал его статьи…. В общем-то, он мне нравился, т.к. его было интересно читать и слушать, хотя и никогда особенно он меня не впечатлял.
Был когда-то Сева интересный. Сейчас просто уже вышел в тираж, состарился. От него давным-давно ничего не было слышно. Никакого культурного события, ничего. Редкое его мелькание в телеэкране обнаруживает старого, лысеющего еврея, отчаянно цепляющегося за молодую жену и за «main stream», из которого время и тренды его беспощадно выбросили лет эдак 8-10 назад.
Эгоизм и гиперсамовлюбленность Севы, постепенно делало свое дело. Он как-то быстро стал превращаться из культовой фигуры «Русской службы BBC в батон колбасы с сильно просроченным сроком годности и который просто давно забыли в холодильнике офиса. Настолько давно, что уже просто противно его брать в руки, чтобы выкинуть. Потому все надеются, что эта протухшая колбаса исчезнет как-нибудь сама собой, тем более, что шеф решил в понедельник купить новых холодильник и подписал для того соответствующую платежку.
Так к чему это я? Просто я вчера слушал BBC. Русскую службу, вещающую на русском языке для русскоязычных. Было интересная программа, потом новости, а потом Сева. Радио работало в машине, машина в бесконечной московской пробке. Я слушал как бы на ходу, краем уха, информационным фоном. Сева проник в эфир, минуты 2-3 поговорил о терактах в Москве, о заявлениях политиков и т.п. Потом 5 секунд перебивка и……. “It’s look like black plastic bag for garbage ”. Разговор Севы пошел о биокомпостных туалетах, о теме как можно какать в специальный мешочек и выкидывать его на помойку, о том, как насилуют девочек в грязных туалетах в трущобах малоразвитых стран, типа эти мешочки могут сделать их жизнь безопаснее. Сева говорил с удовольствием, с иронией в голосе, растягивал гласные, растекался мыслями по древу. Ему явно нравилось то, как была резко сменена тема и как был составлен звуковой ряд.
От неожиданности мне резануло слух. Это было гадко, подло и мерзко. Первое ощущение, что просто оскорбили и очень противно……. Это русская служба, вещающая для русскоязычных. Я выключил радио.
Позже, думая над этим случаем, я понял, что это был эпатаж. Сева явно эпатировал, представив в эфире такой вот мерзкий challenge. Только вот зачем? И почему так низко? И это от культовой фигуры!!!! Н-да.
В качестве ответа, в голове родилась ассоциация.
Жалкий, лысый и никому уже неинтересный старикашка накакал в холле отеля Marriot. Сняв штанишки, он бегающими глазками смотрел на толпу: «ну давайте, давайте, бейте меня, пинайте осуждайте, вот он я, легенда эфира». Толпа была в смятении и молчала, 92-х летняя внучка Дюпона упала в обморок. После паузы, седой мужчина в тройке произнес: да я узнал его, этот потертый старикашка был во времена моей юности очень известным и популярным, Вы разве совсем его уже не помните? Старикашка визжал от радости. Наконец-то, после многих лет забвения, он снова был в центре внимания.
Я желаю себе и вам, чтобы мы никогда не скатились до такого жалкого состояния мысли и действия.
Был когда-то Сева интересный. Сейчас просто уже вышел в тираж, состарился. От него давным-давно ничего не было слышно. Никакого культурного события, ничего. Редкое его мелькание в телеэкране обнаруживает старого, лысеющего еврея, отчаянно цепляющегося за молодую жену и за «main stream», из которого время и тренды его беспощадно выбросили лет эдак 8-10 назад.
Эгоизм и гиперсамовлюбленность Севы, постепенно делало свое дело. Он как-то быстро стал превращаться из культовой фигуры «Русской службы BBC в батон колбасы с сильно просроченным сроком годности и который просто давно забыли в холодильнике офиса. Настолько давно, что уже просто противно его брать в руки, чтобы выкинуть. Потому все надеются, что эта протухшая колбаса исчезнет как-нибудь сама собой, тем более, что шеф решил в понедельник купить новых холодильник и подписал для того соответствующую платежку.
Так к чему это я? Просто я вчера слушал BBC. Русскую службу, вещающую на русском языке для русскоязычных. Было интересная программа, потом новости, а потом Сева. Радио работало в машине, машина в бесконечной московской пробке. Я слушал как бы на ходу, краем уха, информационным фоном. Сева проник в эфир, минуты 2-3 поговорил о терактах в Москве, о заявлениях политиков и т.п. Потом 5 секунд перебивка и……. “It’s look like black plastic bag for garbage ”. Разговор Севы пошел о биокомпостных туалетах, о теме как можно какать в специальный мешочек и выкидывать его на помойку, о том, как насилуют девочек в грязных туалетах в трущобах малоразвитых стран, типа эти мешочки могут сделать их жизнь безопаснее. Сева говорил с удовольствием, с иронией в голосе, растягивал гласные, растекался мыслями по древу. Ему явно нравилось то, как была резко сменена тема и как был составлен звуковой ряд.
От неожиданности мне резануло слух. Это было гадко, подло и мерзко. Первое ощущение, что просто оскорбили и очень противно……. Это русская служба, вещающая для русскоязычных. Я выключил радио.
Позже, думая над этим случаем, я понял, что это был эпатаж. Сева явно эпатировал, представив в эфире такой вот мерзкий challenge. Только вот зачем? И почему так низко? И это от культовой фигуры!!!! Н-да.
В качестве ответа, в голове родилась ассоциация.
Жалкий, лысый и никому уже неинтересный старикашка накакал в холле отеля Marriot. Сняв штанишки, он бегающими глазками смотрел на толпу: «ну давайте, давайте, бейте меня, пинайте осуждайте, вот он я, легенда эфира». Толпа была в смятении и молчала, 92-х летняя внучка Дюпона упала в обморок. После паузы, седой мужчина в тройке произнес: да я узнал его, этот потертый старикашка был во времена моей юности очень известным и популярным, Вы разве совсем его уже не помните? Старикашка визжал от радости. Наконец-то, после многих лет забвения, он снова был в центре внимания.
Я желаю себе и вам, чтобы мы никогда не скатились до такого жалкого состояния мысли и действия.
